Добро пожаловать на сайт, посвященный 150 летию города Владивостока,
                                                                                               его истории, людям, событиям

Памятник шхуне «Восток».

Остров Стенина 26.10.2012 г. 

В память о тех, кто не с нами в наших делах сегодняшних.

По случаю я приводил в порядок одну из частей своего обширного древнего архива. Как всё забылось. С удивлением читал, что ещё в 80-е при СССР предложил на Федерации подводного спорта края ещё живым Курилову, Демьяненко, Шуру и, кажется, Флору(Флорианскому) идею создания и постановки памятника шхуне «Восток», её известным капитанам – легендам: Римскому-Корсакову и Рыкову. Я патетически крякал в пустое пространство перед собой с тусклыми лицами и скучными глазами.

- Это великие русские, Пашка! Адмиралу Невельскому памятник есть. Видел, какой столб грохнули с орлом? А этим ребятам нет. А ведь они сделали не меньше, а во славу России больше. Ну? Как?

- А чаво? Мы что, хуже всех?

Флорианский встал, маленький, ловкий, ещё не седой.

- Ну, Пашка, как идея?

- Вот на Кубок СССР полетим, прорвёмся в призы, ну, тогда сгоряча ты, Генрих, раз с идеей, ну и рожай.

Вот, вот. Изобрёл самолёт, сам и летай. Так оно и было. Райты зачем – то сделали самолёт и на нём же разбились. Изобрёл же я новую ласту, трубку, а они плавай и ставь…

Мы действительно стали спортивной вершиной триумфа в Приморье и из дебрей последних край вылез в тройку лучших в СССР! Посыпалось… но, не нам. Грянули новые времена. Холодной зимой уже при РФ мы схоронили Пашку Курилова. Был Волошин на джипе, я и Моторкин тащили гроб.

Июль 2012 года. Архив, архив… жёлтые листы бумаги – такой уже нет, а есть подделки на А4. Такую подделку я как то видел у Бори Горохова, а позднее у одного из своих перебежчиков. Рыба ищет где глубже, а поэтому гниёт с головы перебежчика.

Вечером я сделал эскиз. Борис Левашко передал мне редкую фотографию шхуны на рейде Золотого Рога. Маленькое аккуратное судно Англии. Чистое с дымком над трубой – первый винтовой гидрограф огромной мощной империи, хранитель славянских территорий. Морские волки славяне были на нём главной грозой врагов и браконьеров русского Тихого океана. Что - то кольнуло в душу и второй эскиз, третий… Яркие воспоминания – Паша, Надя, Лена, я и ещё варвары «Посейдона», Юра Дека с мощным «конвасом» в огромном боксе – творение Дальзавода. Ещё там были из Киева с Санькой Черновым. Известен Санёк на востоке только потому, что славная нерпа впечатала ему своей мордой в его харю. Ошибся Чернов, а нерпа не ошиблась. Она своего самца знала в лицо, а не в маску.

Совет, совет. Ну, как в Африке. И там совет. Ну и что, что зовут клуб «Восток»? Папуасы по всему земному шару с одним кольцом в носу. Дмитрий Борисенко сторожил и остальные с десятилетием за спиной, надоевшие, свои, себе на уме добрые лица или хари. Попробуй, разберись. Взрыв поддержки. Ну, точно Пашка Курилов и Флорианский. Уже памятник сделан и они у края каменного гурия на острове Стенина, коса Редклифа - Лаперуза.

И всё… Вспомним Пашу. Предложил… лепи и летай. Чтобы дольше летать, Димон купил всё, что надо и немного больше. Арсен схватил турбинку – резал, болтал и кроил по моим меткам огромный благородный славянский крест. Пять метров и двадцать сантиметров конструкция. Исчезли Арсен, Рома, Дима… мать твою, и я остался у креста. Через полтора месяца они как новенькие любовались окончанием моей работы. Счастливый довольный вид соплеменников – мамонт добыт не ими! Но как, как ели, как своё кровное с потом чужим и чужой кровью. Но челюсти… они свои. Их сводит судорогой прямого действия – участия в большом благородном тяжёлом глотке.

Комплект для древней славы наших морских предков высыхал на северном тёплом ветру от чёрного крепкого лака во много слоёв. Сразу масса тонких таких умных советов и советчиков. А морды… ну, как одна, блеск мысли и рефлекса. А губа! Как выпячивается, деформируется. Губа знатоков крестов и памятников. Ну, что, что это впервые в жизни! Ну и что! Я участник в этом навсегда. Вот он радостный вой творца!

Опять угрюмая проблема. Плоская, простая и для всех. Поднять. Как? Перетащить. Как? Погрузить. Куда? А ещё доплыть, выгрузить, поставить, отойти к горизонту и глянуть сквозь тучи за горизонт уже с крестом памятника навсегда. Проникнуться, забыть об авторе и вспомнить мы. Это мы – встанет над спиной, над задницей и высвечивает струны извилин под шапкой и щетиной.

А как работали! Мамма мия! Сначала я, Арсен и Рома нашли этот самый остров Стенина. Потом косу Редклиф. Эти первоноски никогда на косе не были. Они были когда-то где-то здесь или нигде. Вот здесь будет котлован. Разгребли траву и древнее гуано. Здесь будет гурий. Вид распахнулся аж в 1976 год. на борту бота «Посейдон» Паша Курилов, Надя Иванова, Елена Бочарова, а под ними шхуна «Восток» и я там с инструментом и боксом, и ещё Пашка. Одну фотографию он всё-таки сделал. Она получилась, но потом как всегда протёк бокс и замкнул «Ленинград». Над нами страхующая лодка и мы снизу остались для истории навсегда первыми и для первых.

Это всё я вижу у горизонта в памяти моей, а мои спутники видят свой горизонт. Он распахнулся для них и только чайки над проливом Стенина, а дальше гряда Елены, чёрный Циволько, жёлто-зелёный Желтухин, серый и горбатый Рикард и волны, волны, волны.

Дружная мощная группа с вдохом соучастия и с сопением подвига грузчика подхватила крест на крутые плечи атлетов. Это действительно были атлеты от бокса, гирь, штанги. Но были и местные – худосочная слава дебрей Чуркина. Она висела на кресте смелой и мелкой добавкой к его весу. Мелочь, но какой тонкой соплёй она может покрыть площадь памятника и славу установщика.

Крест погрузили, привязали, притиснули и зачехлили, заклинили. Всё осматривает капитан. Не смейтесь, ничего похожего не видел, не знал и не представлял. Суетится матрос… верёвки, концы. Всё!

Дальше, дальше, дата отхода и общий сбор на этот мокрый, рискованный пикник на скоростях, фантастических для восьмидесятых.

Мы с Денисом скатываемся к подъезду. Этого могло не быть, но это случилось. Арсен ещё и не думал подъехать, а по телефону пробурчал, что он в магазине. Наконец его внедорожник скользнул на Тунгусскую светлой тенью. Мы прорвались на базу первые, а там никто в море не спешил. Но, свершилось и, мы двинулись по ЗПВ. Небольшая успешная борьба с мятым «Прогрессом» Димки Борисенко успешно закончилась и не было сломанных рук и ног. А ведь бывало. «Прогресс» у Борисенко – лодка для добычи ежа. Измордована как плоский ёж лил пивная баночка под пяткой на Чуркинской переправе.

Кусок дюраля без формы привязали к палубе и стойкам. Борис дал свой коронный ход торпедного катера лендлиза второй мировой на Тихом океане. Погода как всегда подгадила что надо. Валы озверелой воды бились о катер, и последние девять миль Борька шёл аж двадцать минут вместо десяти. Пришли. Остров у горизонта и мы за ним. Началось то, что зовут стихией и выгрузкой. Но и это преодолелось. Остров – это кусок суши, а вокруг слой воды. Мы на острове. Ветер делает что хочет и не стесняется. Такой уж он этот ветер. Следом веселятся волны и там нерпа. Смотрит от себя на нас и, мы понимаем, какие мы идиоты, особенно я собственной персоной – я руковожу…

Лопаты, ломы, кирки, руки и медленно вглубь суши уходит яма котлован для основания памятника. Это стальная плита антивандального назначения. Моя кривая мерка показывает – норма. С катера снимают нашу драгоценность на жалкую дюральку. И эта главная часть двигается к острову. О нас кто-то замолвил словечко по верхам и мы всё выгрузили. Вереница ослов и верблюдов справилась с кладью. Союз спины и руки доставил на место крест.

Всё поставили в котлован. Я гремел сапогами. Вертикальность, блин, со всех сторон. Всо! Вертикаль.

Дальше что-то такое щёлкнуло в небесах и среди чёрных низких туч на все четыре стороны открылось сияющее светлое пятно розового голубого мира. Мы не остолбенели, мы не бросились в молитве к ногам всевышнего с мокрой бородой. Мы даже не удивились. Дело было таким захватывающим, что только так и должно было быть. Процедуры продолжались. Скажу вам, что я был самым неприкаянным и не пришей собаке хвост. Остальные месили бетон, собирали гурий, укрепляли якорь и огромную цепь, ставили закладную доску, всё гордо крепили полтора десятка добрых одухотворённых лиц. Потом фото, вой ветра и обратный путь под песню южного шторма.

Я сижу над буклетом и этими строчками. Десятки фото. Они передают весь настрой работ и благородный вклад каждого из нас в удивительное свершение – наш поклон славным морским предкам в год великой России 7521 или 2012 современного летоисчисления. И теперь для меня самая большая честь назвать имена всех участников установки памятника шхуне «Восток» на острове Стенина от клуба «Восток».

· Адушев Роман
· Кеворков Арсен
· Левашко Борис
· Бегун Денис
· Кеворкова Елена
· Костин Генрих
· Левашко младший
· Захаров Иван
· Адамов Александр
· Филоненко Олег
· Журавлёв Максим
· Мотогонов Святослав
· И ещё те, кого нет уже с нами. Но всё равно они среди нас.

Так будьте всегда с нами, наши ушедшие!

Посвящается году истории Великой России.

Город Владивосток - остров Стенина – город Владивосток

26.10.2012

 

Следующая статья: Мои любимые животные
Разработка сайта — Pobeda-ru