Новости Карта Приморья О проекте
 

Наши друзья и соавторы / Тамара Калиберова / Дом Соллогуба

Дом Соллогуба

ДОМ СОЛЛОГУБА - ЖИВАЯ ЛЕГЕНДА ВЛАДИВОСТОКА

Этот старинный дом на ул. Пушкинская, 7, напоминающий замок, - массивная квадратная башня, на фасаде здания окна лучкового очертания, симпатичный пояс “сухариками”, разделяющий первый и второй этажи, фигурные аттики над карнизом – один из самых первых каменных старожилов Владивостока, чудом уцелевший до наших дней. Он был построен еще в позапрошлом веке, в самом начале 1880-х годов, почти 130 лет назад. Документальное
 свидетельство тому –  панорамный снимок 1888 года, где его можно увидеть во всей красе на фоне строящегося Успенского кафедрального собора.

«Замок счастья» на Успенской (ныне Пушкинской) сопке, в отдалении от густонаселенного тогда центра, построил по собственным «эскизам» Николай Соллогуб, первый редактор первой городской газеты “Владивосток” для своей молоденькой жены, вчерашней гимназистки Сонечки Андрущенко, в которую был восторженно влюблен. Поэтому и здание получилось таким красивым и особенным.

В этих стенах родились пятеро их детей. Шестым ребенком Соллогуб считал газету «Владивосток», которая тоже появилась на свет по этому адресу - 17 апреля (ст.ст. – прим. авт.) 1883 года.

Колоритный кирпичный красавец из XIX века не раз служил прекрасной натурой для художников, фотографов, а в 1971 году он попал в объектив камеры столичных киношников, снимавших фильм “И на Тихом океане”. К слову, вывеска под старину - «Цветы», которую они водрузили тогда на его стене, да так и оставили, потом еще долгое время впечатляла жителей и гостей города.

Нетронутый островок памяти

По стертым каменным ступеням не раз доводилось подниматься на второй этаж дома № 7 на ул. Пушкинской, чтобы попасть в заветную квартиру под № 14. Много лет назад дверь гостеприимно распахивала Ариадна Ильинична Белова, внучка Н. Соллогуба, человек удивительной души и непростой судьбы, ходячая энциклопедия по истории Владивостока. В неторопливой беседе за чашкой чая, в уютной «нездешней» обстановке посчастливилось услышать от нее немало интересных историй из прошлой жизни города, семьи.

Как уже говорилось выше, у Соллогубов было пятеро детей - Георгий, Вера, Ольга, Анатолий, Александра, последняя – мама Ариадны Ильиничны. О своем деде Ариадна Ильинична рассказывала то, что довелось услышать от бабушки – Софьи Степановны. Николай Варламович был человеком замечательного сердца, волевой, решительный, энергичный, неравнодушный. Носил окладистую бороду, отличался крепкой статью. Газете, становление которой сопровождалось большими трудностями, он отдал все силы. Поэтому так рано ушел.

Помнится, внучка Соллогуба тогда мечтала сделать в своей квартире кабинет-музей первого редактора «Владивостока», и быть его хранительницей.

Позже, когда Ариадны Ильиничны не стало, приглашал в гости ее единственный сын – Олег Константинович. Беззаветно влюбленный в этот старинный родовой дом, он тоже горел желанием устроить в этих стенах музей старого быта Владивостока(О.К. Белов ушел из жизни в прошлом, 2009 году, в возрасте 79 лет). Сейчас мы встречаемся здесь с праправнучкой Н. Соллогуба – Натальей Махарадзе (в семье растет дочь Даша, пятое поколение известного владивостокского рода). Потомкам перешел по наследству уникальный домашний архив: номера газеты «Владивосток» из позапрошлого столетия, редкие снимки из жизни города, семьи, горожан, документы. И старинная обстановка.

Входишь в комнату и… попадаешь в другой век. В центре – старинный стол, по преданиям, в свое время, он украшал кают-компанию легендарного фрегата «Паллада». Затейливой работы буфет, роскошный витой туалетный столик с зеркалом пронзительной глубины (дореволюционное качество), черные деревянные кресла с подлокотниками в форме раскрывших пасти драконов – китайский гарнитур. Изукрашенная резьбой ширма. Все это великолепие было куплено еще в магазине «Кунста и Альберса».

Здесь же можно увидеть многочисленные стеллажи, до отказа заполненные книгами, фарфоровые статуэтки дивной красоты, пасхального зайца, ровесника Владивостока. На старинном письменном бюро – семейные фотографии в рамках. На стене большой портрет юной «барышни», наряженной в кружевное белое платьице – это Ариадна в возрасте один год и восемь месяцев.

Только благодаря Ариадне Ильиничне эта квартира до сих пор остается единственным нетронутым временем островком уклада и быта позапрошлого века. Дело в том, что, когда в 1965-1966 годах здесь проводился первый и последний капитальный ремонт (в старинный дом подвели воду, центральное отопление, сделали канализацию), строители решили, в соответствии с советскими архитектурными стандартами, уменьшить высоту входных дверей и размеры оконных проемов. Внучка Соллогуба, бывшего владельца дома, оказалась достойной своего деда, и сумела отстоять семейные апартаменты, оставив их в первозданном виде. Она понимала, как это важно для истории.

А в начале 1960-х, похоже, сама судьба уберегла этот дом, под счастливым числом семь, от чугунной «клин-бабы». Во времена строительства «Большого Владивостока» возник проект соединить улицы Пушкинскую и Суханова, превратив их в транзитную магистраль. К общей радости горожан та идея так и не воплотилась в жизнь.

В наши дни соллогубовский дом снова чудом уцелел. Буквально в нескольких метрах от него сооружается одна из опор будущего моста через бухту Золотой Рог. Правда, выдержит ли владивостокский старожил из позапрошлого столетия такое соседство, покажет время…

«Владивостокъ» выписывала императорская семья

Тридцатисемилетний редактор газеты «Владивосток» Н. В. Соллогуб не был журналистом по профессии. Он окончил лишь Саратовскую гимназию и курсы телеграфистов. На Дальний Восток Николай Соллогуб прибыл летом 1880 года, его перевели сю­да из Московского центрального телеграфа в штаб главного командира портов Восточного океана.

О журналистике он мечтал с юношества. Но именно здесь, на далекой окраине России, это стало реальностью. Правда, мечта чуть было не стоила ему жизни. Крейсер «Москва», на котором в 1882 году Соллогуб отправился из Владивостока в Одессу, чтобы закупить необходимое типографское оборудование, у берегов Африки потерпел кораблекрушение. Благодаря выдержке и смекалке будущего редактора удалось спасти пассажиров и экипаж. Наградой Соллогубу за это стала Золотая медаль на Владимирской ленте «За спасение по­гибающих». Ею он гордился всю свою жизнь. Тогда же, в Одессе, на балу, Нико­лай Варламович получил главный подарок судьбы – он познакомился со своей будущей женой.

Семья Соллогуба занимала в собственном доме второй этаж, где было семь комнат. Кабинет редактора находился на втором этаже, в башне, в удалении от гостиной. Здесь, у большого, просторного окна, с видом на бухту Золотой Рог, на обживающуюся Светланскую, он подолгу стоял, обдумывая свои статьи, очерки.

Жена, Сонечка, тоже принимала в рождении газеты самое непосредственное и деятельное участие: вычитывала статьи, и, случалось, засучив рукава, становилась к печатному станку.

«Мы освобождаем себя от широковещательных программ, - писал в редакторской колонке первого номера газеты «Владивосток» Николай Соллогуб. – Скажем коротко: сделаем, что можем. Столбцы газеты открыты для всякого правдивого слова, ведущего ко благу края…».

Можно представить радостное оживление владивостокцев, получивших свою газету. Раньше горожанам приходилось целыми месяцами ждать живого печатного слова и довольствоваться «несвежими» новостями. Теперь у них появилась возможность не только не отставать от жизни государства, но и высказывать на страницах издания свои собственные нужды, которых у горожан в то время тоже было предостаточно…

Газета «Владивосток» выходила практически каждое воскресенье на восьми полосах. Здесь были представлены правительственные распоряжения, городская хроника, коммерческие известия, телеграммы, корреспонденции из разных мест, объявления.

Годовая подписка газеты стоила 10 рублей. Уже на следующий 1884 год «Владивосток» стал печататься в типографии штаба главного командира портов Восточного океана на новой печатной машине, из-за которой Николай Соллогуб чуть было не поплатился жизнью. Появились и новые разделы – морской и экономический.

Вскоре, после ходатайства контр-адмирала А. Фельдгаузена было получено монаршее разрешение ежегодно вносить в смету морского министерства две тысячи рублей, предназначенных на финансовую поддержку газеты «Владивосток».

Надо заметить, это была очень приличная по тем временам сумма (для сравнения, корова тогда стоила 10 рублей, а рюмка водки обходилась … в пять копеек).

К слову, царствующий дом Романовых был подписчиком газеты «Владивосток». Она регулярно доставлялась в Санкт-Петербург и внимательно читалась от первой страницы до последней. А весной 1891 года, когда с визитом в нашем городе находился цесаревич Николай Александрович, будущий последний император России Николай II, первому редактору газеты «Владивосток», в числе других именитых граждан, за особые заслуги был вручен монарший подарок – золотая булавка для галстука с жемчугом и драгоценными камнями работы Фаберже.

Последний раз фамилия первого редактора появилась в газете 16 мая 1893 года. Это был некролог. « «В 4 ½ часа дня 13 мая скоропостижно скончался Николай Варламович Соллогуб, основатель газеты «Владивосток» и ответственный ее редактор-издатель в течение 9 ½ лет…».

Он умер за письменным столом, с ручкой в руке. Ему было всего 47 лет...

После смерти мужа вдова перебралась в тесную мансардную квартирку, а второй этаж стала сдавать. Часть помещений на первом этаже арендовал известный Владивостокский фотограф Мацкевич, открывший здесь одно из первых во Владивостоке фотоателье. В дальнейшем Софья Степановна Соллогуб, объединив капиталы с Мацкевичем, в два этапа пристроила западное крыло здания.

В частном владении семьи этот большой дом находился до 1931 года, затем его национализировали, он стал коммунальным жилищем на 18 квартир. На пользу дому это не пошло. Сначала был ликвидирован вход в здание с южной стороны башни, двухстворчатая стрельчатая дверь превратилась в окно. Исчезла кованная декоративная ограда, обрамлявшая дом и сад перед ним.

В 1935 году управдом, изыскивая кирпич для ремонта печей, велел разобрать аркаду с террасой на главном фасаде дома, а также балюстраду на крыше башни. Чудом сохранился балкон с прекрасной по рисунку кованой решеткой ограждения.

Арест «китайской подданной»

Однажды, во время очередной встречи с Олегом Константиновичем Беловым, мне довелось услышать от него рассказ об одной из самых драматических страниц в жизни семьи.

- До сих пор помню тот поздний вечер 22 апреля 1937 года, - вспоминал он. – На следующий день мне исполнялось семь лет. Родители приготовили подарки: большого белого медведя, велосипед, ружье. Меня уже уложили в постель, но я еще не спал, когда в дверь позвонили. Вошли люди в форме, с озабоченными лицами. Оказалось, пришли арестовывать маму (ей было в ту пору 27 лет), только за то, что она родилась в Харбине.

Мамин отец, Илья Иванович Петелин, выпускник Восточного института, был прекрасно образованным человеком. Он преподавал китайский язык в Харбинском коммерческом училище КВЖД. Считался отличным переводчиком с китайского и английского языков. Занимал должность редактора в газете «Голос Родины», был также вторым редактором ежедневной вечерней газеты «Рупор». Много писал о Китае, публиковал свои воспоминания.

Так вот, он привез мою маму, свою дочь во Владивосток, когда ей было всего девять месяцев от роду. С тех пор она безвыездно жила в доме своего деда. Несмотря на это, следствие установило, что Ариадна Белова (урожденная Петелина) «китайская подданная».

За несколько лет до маминого ареста, из дома выселили прабабушку – Софью Степановну, вдову Николая Варламовича Соллогуба. Не посмотрели на преклонный возраст. С одной из дочерей она уехала в Красноярск, к родственникам. Там и скончалась.

Мама вернулась из заключения шесть лет спустя, ее освободили досрочно, благодаря хлопотам мужа (он трижды ездил в Москву) – Константина Николаевича Белова, капитана дальнего плавания. Все это время он ее верно ждал. Кстати, моих родителей познакомила Анна Щетинина, первая женщина капитан дальнего плавания, она некоторое время тоже жила здесь, на ул. Пушкинской, 7, занимала комнату на первом этаже.

Мама долго находилась под надзором. Ее с трудом прописали обратно. А реабилитировали только после смерти Сталина.

Вообще, в нашем доме на моей памяти арестовали в 1930-е годы шестерых, вернулись только двое.

Дряхлеет каменная красота

Сегодня дом-реликвия, где жил и работал первый редактор первой городской газеты «Владивосток» Николай Соллогуб, где родились владивостокская пресса и местное фотоискусство, - требует не только срочной реставрации, положенной ему по статусу, - бережной заботы.

Некогда прекрасный облик этого дома можно увидеть практически во всех книгах и альбомах по истории Владивостока. Почему бы не создать здесь музей Владивостока. К слову, еще в 1989 году, спустя два года после того, как дом Соллогуба попал в список памятников истории и культуры, охраняемых государством, городские власти приняли решение создать в его стенах музей фотографии и старого быта Владивостока.

Быть может, нынешняя мэрия всерьез подумает об этом. И сделает горожанам и гостям краевого центра такой прекрасный подарок к 150-летию столицы Приморья.

Кстати, газета «Владивосток» в 2004 году установила на этом здании мемориальную доску в честь Николая Варламовича Соллогуба.

Память нуждается в пристанище.

Тамара Калиберова

 

 

 

ООО ПТФ "Корпус", генеральный спонсор проекта
© 2009 "Владивостоку 150 лет"
Дальний Восток: Владивосток, Хабаровск, Сахалин, Камчатка, Магадан, Благовещенск, Якутия.